Сталинградская битва

Сталинградская битва

Внеклассное мероприятие 

День разгрома советскими войсками немецко-фашистских войск в Сталинградской битве ( 2 февраля 1943 г.) 

Боевые действия советских войск по обороне Сталинграда во время Великой Отечественной войны 17 июля 1942 – 2 февраля 1943 года. 

Сталинград стал символом мужества, стойкости русского народа и вместе с тем символом величайшего человеческого страдания. Этот  символ  сохранится в  веках.  Надо, чтобы  будущие  поколения  могли  воочию  увидеть  всё  величие  одержанной Вами победы…У. Черчилль 

Слава Сталинграду

Твердынею высясь над Волгой,

В кольце неприступных оград

Вещает о славной победе

В громах и в дыму Сталинград.

Врагов вероломные орды

Крушил и развеял народ,

И танков разбитых останки

Лежат  у железных ворот.

Потомок! Глядя горделиво

На вольные степи страны,

Припомни, как честь отстояли

Не знавшие страха сыны!

Упорный в борьбе, величавый,

В кольце неприступных оград,

У Волги в огне и пожарах

Победу ковал Сталинград.

Ираклий Абашидзе, 1 февраля 1943 (4)

…Слово “Сталинград” вошло в словарный фонд всех языков мира и стой поры напоминает о битве, которая по размаху, напряжению и последствиям превзошла все вооруженные столкновения прошлых времен.

Сталинград долгое время долгое время был центром ожесточенных и кровопролитных боев, здесь неумолчно дни и ночи гремели взрывы бомб и  снарядов, дымились развалины зданий, плавился асфальт площадей и улиц, бушевал огонь на самой реке, покрытой нефтью, хлынувшей из разрушенных хранилищ.

В течение четырех месяцев немецкое командование, несмотря на огромные потери в живой силе и технике, предпринимало многократные попытки овладеть городом. “Мы штурмуем Сталинград и возьмем его”, – хвастливо твердил Гитлер. Тщетно! “Выстоять и победить!” – эта лаконичная заповедь прочно, как нерушимая клятва, вошла в сознание защитников волжской твердыни, выражала непоколебимую решимость обескровить и уничтожить ненавистного врага. Каждый из них отчетливо сознавал, что именно здесь, на берегах Волги, решался исход не только Отечественной, но и второй мировой войны.

Советские воины сдержали клятву. Они увенчали Сталинградскую битву своей блистательной победой. (1)

23 августа 1942 г…Этот день начинался так же, как и все другие дни. Дворники гнали облака  пыли от середины площади к тротуару. Прошли старухи и девочки в очередь за хлебом… Рабочие  шли с ночной смены, не чувствуя прохлады, находясь все еще во власти грохота железных цехов… Тысячи людей ожидали переправы у речного вокзала… Солнце поднялось выше. Женщина в синем халате наклеивала на стену “Сталинградскую правду”…И весь большой город, полный тревоги, объединивший в себе черты военного лагеря и черты мирной жизни, задышал, заработал…

Немцы занесли топор над Сталинградом. То был топор, занесенный над человеческой верностью свободе, над мечтой о справедливости, над радостью труда, над верностью родине и детям, над материнским чувством, над святостью жизни. 

Последний час Сталинграда, того Сталинграда, который был до войны, шел так же, как и все часы и дни его.  Везли на тележках картошку, стояли в очереди за хлебом, говорили о промтоварных карточках, итак же на базаре меняли и продавали молоко, хлеб,  желтый сахар, и так же работали на заводах люди, чьим уделом был подвиг труда… И те же люди, которых принято называть простыми, обыкновенными людьми, скромными тружениками, еще не знали о том, что через несколько часов многие из них с той же естественной простой, с которой трудились они день ото дня, совершат дела,  которые грядущие поколения назовут бессмертными…

По ту сторону фронта немецкие офицеры вскрыли пакеты с боевыми приказами. “От винта!” – закричали мотористы на полевых аэродромах; танки заправились горючим, завыли моторы, башенные стрелки сели у орудий; моторизованная пехота, придерживая автоматы, садилась в бронетранспортеры, радисты в последний раз проверяли аппаратуру. Фридрих Паулюс, как механик, запустивший сотни колес и колесиков, откинулся от стола и закурил сигару, ожидая, когда опустится на Сталинград тяжелый топор немецкой войны…

Первые самолеты появились около четырех часов дня. С востока, с Заволжья, к городу на большой высоте шла шестерка бомбардировщиков. Едва немецкие машины, пройдя над хутором Бурковским, стали приближаться к Волге, как послышался свист и тотчас же загрохотали разрывы – дым и меловая пыль поднялись над пораженными бомбами зданиями… И тотчас с унылой силой завыли сирены, пароходные и заводские гудки. Этот вопль, вещающий беду и смерть, повис над городом, он словно передавал тоску, охватившую население. Это был голос всего города – не только людей, но всех зданий, машин, камня, столбов, травы и деревьев в парках, проводов, трамвайных рельсов – вопль живого и неодушевленного, охваченного предчувствием разрушения. Железное ржавое горло одно могло породить этот звук, равно выражающий ужас животного и  тоску человеческого сердца.

А затем пришла тишина – последняя тишина Сталинграда… (2)

На самом краешке

Разгружались на станции энской,

В километре от передовой,

Над шоссейкой и над железкой

Самолеты чужие. Вой!

Вновь пикируют.  Поливают.

От свинца холодок в груди…

Далеко еще передовая,

А пехота – там, впереди.

Ей, царице полей, труднее,

Ей в атаку опять, опять.

И готовы мы перед нею

Шапку (каску!) хоть  нынче снять.

…А потом блиндаж. Два наката.

На НП я замер почти.

Раздается голос комбата:

“Впереди никого, учти!”

Впереди, где кусты намокли,

Лишь враги – и любой притих.

И направлены наши бинокли

Не куда-нибудь, а на них.

А над Волгою, в небе синем,

Тучи тянутся, как холмы.

За спиной половина России,

А на самом краешке – мы.

Острый ветер в лицо мне дунул,

Как спасения ждал его.

Я в масштабах страны не думал,

Я вчерашний школьник всего.

Вот шинельку пробитую скину:

Жарковато среди огня…

Мне Урал и Сибирь дышат в спину –

И надеются на меня!

Михаил Найдич (4)

Не первую неделю идет битва за Сталинград. Тяжелая битва. Немцы решили захватить город, перерезать Волгу, задушить Россию. На Сталинград брошены десятки немецких дивизий. Здесь беснуется Германия, в горящей степи, перед неукротимым городом, здесь эсэсовцы, пруссаки, баварцы, фельдфебели, танкисты, солдаты, привезенные из Франции, жандармы из Голландии, летчики из Египта, ветераны и новички. Здесь сулят железные кресты и выдают деревянные. (3)

Кровью обливается сердце каждого патриота, когда  русские отдают русский город…

Защитники Сталинграда, на вас с надеждой смотрит Россия… (3)

Защитник Сталинграда

В зное заводы, дома, вокзал.

Пыль на крутом берегу.

Голос Отчизны ему сказал:

“Город не сдай врагу!”

Верный присяге русский солдат,

Он защищал Сталинград.

Гулко катился в кровавой мгле

Сотой атаки вал,

Злой и упрямый, по грудь в земле,

Насмерть солдат стоял.

Знал он, что нет дороги назад –

Он защищал Сталинград.

Сто пикировщиков выли над ним

В небе, как огненный змей,

Он не покинул окопа, храним

Верностью русской своей.

Меж обгорелых черных громад

Он защищал Сталинград.

Так на него надвигался, рыча.

Мукой и смертью грозил.

Он, затаившись в канаве, сплеча

Танки гранатой разил.

Пулю – за пулю. Снаряд – за снаряд.

Он защищал Сталинград.

Смерть подступала к нему в упор.

Сталью хлестала тьма.

Артиллерист, пехотинец, сапер –

Он не сошел с ума.

Что ему пламя геенны, ад?..

Он защищал Сталинград.

Просто солдат, лейтенант, генерал –

Рос он в страде боевой.

Там, где в огне умирает металл,

Он проходил живой.

Сто изнурительных дней подряд

Он защищал Сталинград.

Время придет – рассосется дым.

Смолкнет военный гром.

Шапку снимая при встрече с ним,

Скажет народ о нем:

Это железный русский солдат,

Он защищал Сталинград.

Алексей Сурков, 1942. (4)

Сталинград – это Волга. Кто скажет, что значит Волга для России. Нет в Европе такой реки. Она прорезает Россию. Она прорезает сердце каждого русского. Народ сложил сотни песен о Волге-матушке. Волгу он поет и Волгой живет. Над Волгой выросли шумные города, огромные заводы, и над Волгой, в душистых садах, глядя на таинственные огни пароходов, юноши говорили о свободе, о любви, о вдохновении… На верховьях Волги идут суровые бои с немцами. Река расскажет героям Сталинграда о героях, которые бьются за Ржев. Волга – это богатство, слава, гордость России. Неужели презренные немцы будут купать в ней своих лошадей, в Волге, великой русской реке?.. (3)

У немцев теперь много слов, которыми они будут пугать друг друга до смерти. К этим словам прибавилось еще одно: Сталинград. Немецкий солдат пишет матери: “Только человек с дьявольской фантазией может представить себе на родине, что мы переживаем. Нас осталось четверо в роте. Я спрашиваю себя, сколько немецких городов должно опустеть, чтобы мы наконец-то овладели Сталинградом?” Они уже опустели, все эти ненавистные Штральзунды и Шнейдемюли, но Сталинград немцы не взяли. (3)

Сталинград, Сталинград

Исполинский народ говорил тут с врагами,

Рвался тол исступленно, бушевал динамит.

Сталинградское солнце встает над полками,

Сталинградская буря нещадно гремит.

Сталинград, Сталинград! Вековая громада,

Неизбывная гордость народа всего,

Нам нельзя и на час оставлять Сталинграда,

И на миг невозможно оставить его.

Нам нельзя отойти по любви и по долгу,

Ведь за нами, солдаты, не просто вода,

А великая Волга, великая Волга,

Та, что в песнях народа разлилась навсегда!

И мы насмерть здесь встали,

На земле Сталинградской,

И в могилы глядеть надо немцам уже…

Снова мы поклялись нашей клятвой солдатской

На последнем, на грозном таком рубеже!

Александр Прокофьев (4)

Бой идет в подвалах, на лестничных клетках. В оврагах, на высоких курганах, на крышах домов, в садах, во дворах – тесно войне в Сталинграде. Гитлеровцы гонят дивизию за дивизией; у них много дорог, и в степи есть место для новых могил. Дивизии приходят и вымирают, и гниют в земле фашистские барабанщики, которые вели на парад. А город стоит, в развалинах, в пепле, но живой, – стоит стеной на том берегу, и за ним – Волга. Русский город! Россия! (4)

Огонь и сталь

Священные руины Сталинграда,

кто вам родня?

Мы шире Волги  сделали преграду

из стали и огня;

Из ярости, которая взлетала

Быстрей орлиных стай,

Из ненависти, что сильней металла,

Что пепелила сталь;

Из братства да из дружбы нашей кровной –

Их забывать не след, –

 Да из любви к отчизне – столь огромной,

Что ей и меры нет!

Александр Прокофьев (4)

Колыбель героев ратных, вечный Сталинград.

На тебя с надеждой люди в этот час глядят!

Весь в огне, в дыму, как воин, встал бесстрашно ты,

Чтобы всюду жизнь шумела, чтоб сбылись мечты.

…Прохожу я по кварталам из конца в конец.

С нами вместе рос мой город: площади, дворец.

Только знаю: расколоться б небу, как стеклу,

И кружил бы горький ветер горькую золу,

Если б грудью против смерти ты, герой, не встал,

Если б вражеское пламя ты не затоптал.

Если где-нибудь в  Нью-Йорке в это грозный год

Еще ходит беззаботно поздний пешеход, –

Потому лишь, что отважно ты сейчас стоишь,

Потому, что, словно факел, ты огнем горишь.

Сталинград, герой бессмертный, воин, патриот!

Вся вселенная в восторге гимн тебе поет,

Ну, а я  – певец твой давний – слышу голос твой,

Отдается в сердце грохот битвы грозовой.

Подлый враг к могиле черной ближе с каждым днем,

И встает заря победы в пламени твоем.

Наири Зарьян, 1942. (4)

Следы врага – развалины и пепел.

Здесь  все живое выжжено дотла.

Сквозь дым не видно солнца в черном небе,

На месте улиц – камни и зола.

Здесь жизни и смерть сошлись на поле боя,

На свет и мрак огромный мир деля.

Священной местью павшего героя

Здесь дышит раскаленная земля.

Зловещий гул тротила и металла.

Морозом все насквозь прокалено.

Лишь вспышки взрывов полыхают ало –

Им в этом пекле властвовать дано.

И мы стоим. Цепляемся за камни

С такой же силой, как огонь и лед.

Сама земля солдатскими руками

Непрошенных пришельцев злобно бьет.

Пусть против нас здесь тысячи орудий,

На каждого – десятки тонн свинца,

Пусть смертны мы, пускай мы только люди,

Но мы верны Отчизне до конца.

Бронированные ползут громады,

Огнем и сталью наступает враг.

Дрожит земля от страшной канонады –

Но только мы отсюда  – ни на шаг!

Здесь все смешалось в этой круговерти:

Огонь и снег, пыль и свинцовый град.

Кто уцелеет здесь… до самой смерти

Не позабудет грозный Сталинград.

Но прозвучал уже набат расплаты.

От взрывов бомб в огне весь небосклон.

Огнем сметая на пути преграды,

Мы наступаем с четырех сторон.

Снег, как и дым, от зарева стал алым,

Артиллерийский не смолкает гром.

Мы катимся вперед девятым валом,

Едины в трудном подвиге своем.

Не думал враг, что здесь найдет могилу,

Все верил в чудо скорых перемен.

Но только сила одолела силу,

Теперь врагу одно спасенье – плен.

Бушуй, войны народной половодье,

Собою вражьи захлестни края…

Герои вечно будут жить в народе,

Аврора славы – Родина моя!

Григор Акопян, 1943, Сталинград (4)

Поверка павших

Весна бушует в Волгограде,

Как много лет тому назад,

Земля святая вся в наряде:

То одуванчики горят.

Нет, не цветы. То души павших

Встают, как праздничный салют,

И чего стоят жизни наши,

Они забыть нам не дают.

Идёт поверка поимённо

Всех, кто, не дрогнувши в бою,

Погиб поротно и повзводно,

Спасая Родину свою:

Боец Семёнов! –  Пал героем!

Боец Петров!  – Не уцелел!

Ткачук! – Скончался после боя!

Эргашев! – Заживо сгорел!

И каждый год на День Победы

Сверкает золотом курган,

Здесь прах отцов и наших дедов,

Погибших, умерших от ран.

Пока меж будущим и прошлым

Не сожжены ещё мосты,

Мы будем помнить всех погибших,

Всех, превратившихся в цветы.

Людмила Барабашова (5)

Стоит на Волге город-исполин

Стоит на Волге город-исполин,

Прославившийся в битве за державу.

Здесь насмерть воины стояли, как один,

И заслужили этим честь и славу.

Царицын, Сталинград и Волгоград –

В истории страны такая веха,

Где до сих пор, как много лет назад,

Войны прошедшей слышно эхо.

В честь сотен тысяч, павших на войне,

Здесь, в усыпальнице, в жару, в ненастье,

Горит огонь, напоминая мне,

Какой ценой досталось счастье.

Фамилии, фамилии вокруг…

Их тысячи на стенах пантеона.

Задумайся над цифрами, мой друг,

Чтоб выразить признательность в поклоне.

Ведь это чей-то сын, а может, брат,

В бессмертие ушедшие солдаты.

Стоит на Волге город Волгоград,

Чьи подвиги веками будут святы.

Железный ветер больно бил в лицо.

Солдаты шли и шли навстречу смерти,

Сжимая силы вражеской кольцо.

“За Волгой нет у нас земли!” – И эти

Слова молитвой были для людей,

Вели вперёд на вражеские танки…

Цветёт земля приволжская, а в ней

Лежат бессмертных воинов останки.

Идёт народ в молчанье на курган

Почувствовать трагедию былую.

Нет, никогда и ни  одной из стран

Не довелось познать судьбу такую.

Бойцы прославили Россию на века

Ценою жизней. И я твёрдо знаю:

Героям Сталинграда жить наверняка.

Такие, как они, не умирают.

Людмила Барабашова (5)

Литература

Василевский А. М. Дело всей жизни. М.: Политиздат, 1978. – 552 с. Гроссман Василий. За правое дело. М.: Воениздат, 1954. (Сайт http://militera. lib. ru/prose/russian/grossman_vs3/ind ex. html ) Эренбург Илья. Город сдавать нельзя.  М.: Воениздат, 1980. Венок славы. Антология художественных произведений о Великой Отечественной войне. В 12 томах. Том 4. М.: Современник, 1987. – 654 с. Качели времени. Стихи членов литературного объединения “Эдельвейс” Подгоренского района Воронежской области. Воронеж: ГУП ВО “Воронежская областная типография – издательство им. Е. А.Болховитинова”, 2007. – 164 с.

Автор материала: Иванова Марина Фёдоровна, заместитель директора по УВР, учитель географии и биологии

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: