Сочинение «Ироническая характеристика жанра “Пушкинского дома” как романа-музея»

А один из ранних вариантов обозначения жанра произведения – роман-попурри (на классические темы), или филологический роман. При этом отчетливо выявляется тенденция к снижению современного героя, применительно к которому цитатные названия и эпиграфы чаще всего воспринимаются как пародийные. Можно сказать, что их использование подчинено приему игры, являясь одним из выразительных средств характеристики персонажей.Тенденция к снижению характерных для русской классической литературы мотивов, героев и сюжетных положений подается как одна из неотъемлемых особенностей ее развития, начиная с послепушкинской эпохи и до наших дней. Наиболее отчетливо выявляет себя данная закономерность в игре с такими культурными знаками, как “пророк”, “герой нашего времени”, “маскарад”, “дуэль”, “бесы”. Показательно, что для объяснения современной эпохи, феномена “советского человека” Битову потребовалась едва ли не вся “периодическая система” русской классики, — настолько сложны исследуемые им явления, настолько искажены представления о них, сложившиеся под воздействием тенденциозно ориентированной пропаганды (в том числе беллетристической). Рассматривая и оценивая их под углом зрения, присущим русской классической литературе и с помощью созданных ею образцов, Битов обретает более объективный взгляд на вещи, предельно ответственное отношение к слову, которое должно выдержать “соседство” с эстетическими ценностями, уже прошедшими проверку временем. Известная “вторичность” автора не пугает, во-первых, потому, что постмодернистская “вторичность” — не “простое повторение” (с. 403), а творческое переосмысление созданного ранее, во-вторых, потому, что и “гении, как правило, не изобретали новых форм, а синтезировали накопленное до них” (с. 403).Не избежал Битов и воздействия зарубежной и эмигрантской литературы.

Ее влияние проявилось в использовании способов психологической характеристики персонажей, разработанных модернизмом. Сам писатель признается, что испытал влияние Марселя Пруста, его “Любви к Свану”, когда начал роман, когда писал “Фаину” и “Альбину” (с. 403). Но это влияние скрещивается с усвоением творческих открытий Достоевского. Воздействие “Дара” и “Приглашения на казнь” Набокова, которые Битов прочитал, когда “Пушкинский дом” на три четверти был уже написан, сказалось в “отделке финала” (с. 406), развивающего традиции игровой литературы, целиком построенного на обнажении приема, представляющего собой “выход из романа” в сферу психологии творчества. Таким образом, ученики Битова — не только реалисты, но и модернисты, и, впитывая их опыт, он предпринимает попытку направить русскую прозу в новое русло. Писатель как бы и сам еще не знает, что получится, по ходу создания произведения размышляет о законах, методах и приемах литературного творчества.В многочисленных лирических отступлениях, выделенных курсивом и цитатно (по отношению к книге Нины Берберовой) озаглавленных “Курсив мой”, автор как бы перевоплощается в литературоведа, высказывающего суждения, делающего обобщения на основе собственного опыта. Он теоретизирует, опровергает, утверждает.

В сущности, битовские лирические отступления — маленькие литературоведческие эссе, посвященные неизученным, спорным вопросам художественного творчества. В скрытой форме писатель полемизирует с представлениями теоретиков реализма о художественной условности, отрицает обязательность изображения жизни в формах самой жизни, “отделяет” литературу от жизни, акцентирует ее эстетическую природу, утверждает: “…мы хотим еще раз подчеркнуть, что для нас литературная реальность может быть воспринята реальностью лишь с точки зрения участника этой реальности. И что, в этом смысле, то, что принято полагать за оптимальный реализм, а именно: всё — “как было”, как бы без автора, — является в высшей степени условностью, причем не откровенной, не вызывающей доверия, формально формалистической.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: