Сочинение “Е. А. Баратынский один из значительных поэтов пушкинского периода”

В целом его творчество более соответствует тенденциям развития русской поэзии 30-х годов, чем 20-х, хотя Баратынский участвовал в литературном движении и предшествующего периода. Белинский писал: «Лирический поэт нашего времени более грустит и жалуется, нежели восхищается и радуется, более спрашивает и исследует, нежели безотчетно восхищается… Мысль — вот предмет его вдохновения». Эти слова определяют характер поэтической оригинальности Баратынского, которая как раз и заключалась в том, что он, по точному определению Пушкина, мыслил в своих стихах. Очень показательна в этом отношении прямая полемика Баратынского с Батюшковым и Жуковским. Их принцип поэтической деятельности выражен в афоризме: «Живи, как пишешь, и пиши, как живешь». Для Баратынского этого уже мало. В послании «Богдановичу» (1824) он выдвигает свое понимание задачи, стоящей перед ним: «Что мыслю, то пишу».

Баратынский привлек внимание современников прежде всего оригинальной разработкой жанра элегии, которая отличалась у него глубокой искренностью и психологизмом. В самый субъективный вид поэзии он внес большое философское содержание. Его лирический герой полон сомнений, неуверенности в себе. Это придает его мироощущению трагический характер. Анализ раздвоенности, внутренней противоречивости натуры человека, столкновения в его душе добра и зла в первую очередь привлекает внимание поэта. Он не столько описывает душевное состояние героя, сколько стремится объяснить его. Это же относится и к его любовной лирике, в которой намечаются драматические столкновения психологического плана, как, например, в известном «Разуверении» («Не искушай меня без нужды…», 1821), положенном на музыку М. И. Глинкой.

В лирике Баратынского уже наметился тот «диалог» между героем и героиней, который впоследствии будет глубоко разработан Тютчевым. Несомненную роль сыграл Баратынский и в развитии русской романтической поэмы. Его первый опыт в этом жанре («Эда») до некоторой степени отличался от творческого опыта Пушкина. Баратынский подчеркивал обыденность происшествия, положенного в основу сюжета его поэмы, простоту характеров, отсутствие экзотики в описаниях.

Тем не менее полностью уйти от романтических традиций и, в частности, от традиций Пушкина ему не удалось.Близость литературных позиций Пушкина и Баратынского выразилась в том, что оба поэта в 1828 г. совместно выпустили книгу «Две повести в стихах», куда вошли пушкинская поэма «Граф Нулин» и «Бал» Баратынского. Как в этой, так и в следующей поэме «Цыганка» (раннее название — «Наложница», 1831—-1832) Баратынский переносит действие в московское дворянское общество, критикуя его за лицемерную мораль. Герои поэм — люди бурных, неудержных страстей, которые в конечном счете их и губят. Следует отметить, что творческие открытия Пушкина-реалиста, выразившиеся в «Евгении Онегине», не были в полной мере восприняты Баратынским. Его герои но столько обусловлены средою, сколько противопоставлены ей. В этих поэмах Баратынский следовал общим принципам романтического искусства.

Бытовые детали (и даже натуралистические подробности), встречающиеся в поэмах, не свидетельствуют о реалистических тенденциях в его творчестве. Романтики могли обращаться и к изображению быта, но он воспринимался как нечто низкое, противостоящее героям, никак не объясняя и не определяя их характеров. Это был всего лишь контрастный фон. Не случайно сам Баратынский назвал «Цыганку» («Наложницу») «поэмой ультраромантической». Однако – пристальный интерес автора к сложной, внутренне противоречивой психологии его героев, раскрытие двойственности человеческих чувств, диалектической борьбы «добра» и «зла» в их характерах намечают пути к психологическому реализму.В 30-е годы усиливаются философские мотивы в лирике Баратынского, что сближало его с творчеством поэтов-«любомудров».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: