Краткое содержание «Сон Макара»

Макар — главный герой, крестьянин. Сам автор отнес свое произведение к «святочным рассказам». Написанный в якутской ссылке (зима 1883-го), рассказ навеян реальными бытовыми впечатлениями молодого писателя (он жил у крестьянина Захара Цыкунова, который и стал прототи-пом Макара). Но, называя в первоначальных набросках героя Захаром, Короленко, очевидно, недаром сменил его имя на Макара — на него, по русской поговорке, «все шишки валятся»; с другой стороны, короленковский Макар живет именно там, куда другой фольклорный Макар «телят не гонял». Макар — потомок русских крестьян, житель «глухой слободки Чалган», затерянной «в далекой якутской тайге». Отделяя себя от «пога-ных якутов», он по-русски говорит «мало и довольно плохо»; «работал он страшно, жил бедно, терпел голод и холод», много пил. В канун Рождества, выпив и отправившись осматривать своп ловушки в тайге — в надежде поймать лисицу, Макар заб-лудился и стал замерзать.

Во сне он видит попика Ивана, умер-шего четыре года назад, всю свою незадавшуюся жизнь, а по-том оказывается на суде у «старого Тойона», в котором персо-нифицирован Бог. Тойон начинает взвешивать грехи Макара, и их оказывается так много, что Тойон велит отдать Макара в наказание церковному трапезнику в мерины. Но тут в избу вхо-дит «сын старого Тойона» и просит отца разрешить Макару «что-нибудь» сказать. И Макар, вдруг ощутив в себе «дар слова», рас-сказывает в подробностях о своей жизни: как «его гоняли всю жизнь! Гоняли старосты и старшины, заседатели и исправни-ки, требуя подачи; гоняли попы, требуя ругу; гоняли нужда и голод; гоняли морозы и жары, дожди и засухи; гоняла промер-зшая земля и злая тайга!..» Горький рассказ его сменяется яро-стью: «Как он мог до сих пор выносить это ужасное бремя».

Он надеялся на «лучшую долю», по «теперь он стоял у конца, и на-дежда угасла…» От рассказа Макара заплакал старый Тойон, «старый попик Иван», «молодые божьи работники», а чаша весов, где находи-лись грехи Макара, «подымалась все выше и выше!» Этот рассказ Короленко был чрезвычайно популярен у со-временников, а его аллегорическая подоплека позволяла давать различные интерпретации — как революционного характера, так и сугубо христианские.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: